Портфолио · Из архива студии
Cartiglio
Белая неоклассика-барокко: барочный щипец с окулюсом, балюстрада с вазонами, арочные окна
Заказчик хотел дом строгий и светлый, но с одним ярким акцентом — жестом, который сразу его запоминает. Так родилась Cartiglio, названная по резному картушу, что венчает её фасад. Тело дома выдержано в строгой белой неоклассике: спокойный прямоугольный двухэтажный объём под плоской кровлей, скрытой за балюстрадным парапетом с каменными вазонами, симметричный ритм высоких арочных окон с веерной расстекловкой и каннелированные пилястры по углам и в центре. Но в середину этого строгого тела мы вписали барочную ноту: центральный ризалит поднимается выше парапета и завершается лучковым барочным щипцом, в поле которого раскрыт круглый окулюс в обрамлении резного картушного рельефа с завитками и гирляндами. Этот щипец с окулюсом — силуэт-подпись дома, видный издалека. Вход под ним решён так же нарядно: арочная деревянная дверь, а над ней малый балкон на волютных кронштейнах с кованой решёткой. И вся эта белизна поставлена на графитовый рустованный цоколь — тёмное основание, от которого дом кажется ещё светлее. Так сложилась Cartiglio: строгая неоклассика с одним барочным жестом, где щипец с окулюсом и картуш ведут всю тему.
Ниже — путь от замысла к образу и объекту: тело и барочный щипец, вход с балконом на кронштейнах, материя камня и резьбы, двор и парадный сад, дом с высоты, вечер и зима.
Барочный жест на строгом неоклассическом теле
Дом строго симметричен и собран из белого камня, а его характер держится на контрасте строгого тела и одного барочного акцента. Тело — чистая неоклассика: спокойный двухэтажный объём под плоской кровлей, скрытой за балюстрадным парапетом с каменными вазонами на пьедесталах; стены членят каннелированные пилястры, а под парапетом идёт резной фриз с орнаментом. Первый этаж прорезан высокими арочными окнами с веерной расстекловкой, второй — прямоугольными окнами с коваными балкончиками. Всё это строго и ритмично. И в центр этого строгого тела вписан барочный ризалит: он чуть выступает вперёд, поднимается выше парапета и завершается лучковым (сегментно-изогнутым) щипцом, в поле которого раскрыт круглый окулюс в резном картушном рельефе с завитками, гирляндами и вазоном на вершине. Окулюс работает как силуэт-подпись — единственная кривая линия на фоне прямых, она сразу опознаёт дом. Внизу всю белизну держит графитовый рустованный цоколь: тёмное каменное основание с глубоким рустом, от которого светлое тело смотрится ещё чище. Так барокко и неоклассика уживаются в одном доме: строгость тела и один яркий жест наверху.
Щипец с окулюсом
Один изгиб щипца среди прямых линий — и дом сразу опознаётся: барочный акцент работает точнее, чем сплошной декор.
Белое тело и серый цоколь
Тёмный цоколь сажает дом на землю и делает белизну звонче — контраст графита и белого держит весь фасад.
Арочная дверь под балконом на кронштейнах
Крупным планом раскрывается центр дома — вход, собранный так же нарядно, как и щипец над ним. По центру ризалита открыта арочная деревянная дверь: тёплое дерево филёнчатых створок в белом каменном портале с веерным окном над ними и коваными фонарями по сторонам. Прямо над входом вынесен малый балкон второго этажа — не на колоннах, а на паре мощных волютных кронштейнов светлого камня, чьи завитки будто вытекают из стены и держат каменную плиту балкона. По его краю идёт кованая решётка тончайшего барочного рисунка — чёрное кружево на фоне белого камня, а на балкон выходит высокая арочная застеклённая дверь. Кронштейны — тоже барочная деталь: их S-образные завитки перекликаются с волютами картуша наверху, связывая вход и щипец в одну тему. По сторонам входа встают каннелированные пилястры, а высокие арочные окна первого этажа с веерной расстекловкой держат ритм. Так вход становится вторым акцентом фасада: строгая ось, но с барочной пластикой кронштейнов и ковки.
Барокко здесь живёт в двух деталях — в изгибе щипца наверху и в завитках кронштейнов над дверью. Их волюты перекликаются, и строгий неоклассический дом получает одну тёплую, пластичную ноту сверху донизу по оси входа.
Белый камень, серый руст и веерная расстекловка
Дом держится на трёх нотах материала. Первая — белый камень тела: стены, пилястры, карнизы, наличники, балюстрады, щипец и картуш тёсаны из светлого известняка с мелкой фактурой и гладкой поверхностью; на нём хорошо читается и строгий ордер, и тонкая барочная резьба — гирлянды, завитки, вазоны. Вторая нота — графитовый рустованный цоколь: серый камень с глубоким рустом кладётся в основание по всему периметру, давая дому тяжёлую тёмную опору, от которой белое тело кажется ещё легче и чище; тот же тёмный тон подхватывают кованые балконы, фонари и решётки. Третья нота — стекло с веерной расстекловкой: высокие арочные окна первого этажа забраны частым переплётом, а над ними — веерный сегмент из тонких радиальных горбыльков, как раскрытый веер; эта расстекловка перекликается с рисунком окулюса в щипце и с завитками ковки, связывая стекло, камень и металл в один узор. Мы выбирали известняк плотный, морозостойкий, держащий тонкую резьбу, и тёмный камень цоколя, красиво стареющий: со временем белый камень патинируется и теплеет, серый цоколь темнеет — и контраст только чётче.
Белый камень, серый руст и веерное стекло — три ноты, что держат весь дом. Веер расстекловки вторит окулюсу щипца, кованое кружево — завиткам картуша: строгая неоклассика и барочная деталь собраны в один узор.
Курдонёр и терраса-лоджия в регулярном саду
Резиденция поставлена в парке за кованой оградой, и оба её фасада решены парадно, но по-разному. Со стороны въезда — строгий двор чести: кованые ворота на каменных пилонах открывают перспективу на ризалит со щипцом и окулюсом, а от них круговой мощёный курдонёр огибает партер и подводит к парадной лестнице, что двумя изогнутыми маршами с кованым парапетом поднимается к арочному входу над серым цоколем. Со стороны сада фасад мягче и приветливее: тот же ризалит со щипцом держит центр, но первый этаж здесь раскрыт лоджией из трёх высоких арочных застеклённых дверей, выходящих на широкую каменную террасу с балюстрадой и двумя лестницами; от неё регулярный партер с боксовыми боскетами, розами и круглым бассейном-фонтаном спускается вглубь сада. С высоты виден весь замысел: белый прямоугольный дом с плоской кровлей за балюстрадой с вазонами и одним барочным щипцом по центру стоит в геометрии стриженых садов на графитовом цоколе, а вокруг встаёт парк. Со двора Cartiglio строга и параднa, в сад — раскрыта лоджией и террасой.
Ворота и курдонёр
От ворот дом читается сразу: белое тело, графитовый цоколь и один изгиб щипца с окулюсом в самом центре перспективы.
Садовый фасад и терраса
В сад дом раскрывается лоджией и террасой: строгий двор чести сменяется приветливой геометрией партера и роз.
На закате окна горят, а окулюс темнеет в щипце
Вечером дом раскрывается по-своему. Днём белый камень спокоен и матов, а на закате высокие арочные окна первого этажа и окна ризалита загораются изнутри тёплым золотом — и строгий фасад превращается в ряд светящихся арок над тёмным цоколем. Скрытая подсветка снизу выбеливает белый камень: каннелированные пилястры, балюстрада с вазонами и барочный щипец встают светлым рельефом на фоне тёмно-синего неба, а круглый окулюс в щипце темнеет силуэтом-подписью в самом верху. Веерная расстекловка окон дробит тёплый свет на тонкие лучи, кованые балконы и решётки рисуются чёрным кружевом на фоне свечения, а графитовый цоколь почти растворяется в сумерках, отчего белое тело будто парит. В сумерках камень становится кремово-тёплым, и золото окон особенно живо горит между пилястр. Зимой, под снегом на балюстраде, вазонах, щипце и боскетах, картина обостряется: белый камень, белый снег и золото окон дают тонкую игру тёплого и холодного, а тёмный цоколь и силуэт окулюса держат композицию собранной. В любой сезон Cartiglio держит одно — строгую белую неоклассику с одним барочным жестом, что вечером горит рядом светящихся арок под щипцом с окулюсом.
Светящиеся арки
Вечером дом сводится к ряду светящихся арок над тёмным цоколем и к тёмному кружку окулюса в светлом щипце.
Зима и камень
Зимой белый дом почти сливается со снегом, и его держат две вещи — тёмный цоколь внизу и тёмный окулюс в щипце наверху.
Cartiglio — про то, что один точный жест сильнее сплошного декора. Строгое белое тело, графитовый цоколь и единственный барочный щипец с окулюсом — и дом узнаётся с первого взгляда. Такой дом можно построить и для вас — с индивидуальной планировкой и посадкой на вашем участке.
Из журнала студии
Почему русские миллиардеры возвращаются к колоннам: архитектурный ренессанс 2026
Почему новые русские миллиардеры сносят стекло и возвращают колонны
Почему колонны из бетона — моветон: честный разговор о натуральном камне
Профильная услуга студии: Архитектурное проектирование
Следующий шаг
Хотите такой дом? Давайте обсудим
Мы проектируем классику полного цикла: неоклассику и барокко, белокаменные резиденции с барочной пластикой, каннелированные пилястры, кованые балконы, тонкую резьбу по камню. Полный цикл: архитектура, личный контроль строительства и единый почерк — от барочного щипца с окулюсом до волютного кронштейна балкона.